Оправдательный приговор по п. «б» ч. 2 ст. 199 УК РФ: анализ судебной практики
Оправдательный приговор по п. «б» ч. 2 ст. 199 УК РФ: анализ судебной практики
В рамках уголовного дела Б.Е.В. обвинялась в уклонении от уплаты налогов с организации в особо крупном размере путём включения в налоговые декларации заведомо ложных сведений (п. «б» ч. 2 ст. 199 УК РФ). Следствие полагало, что генеральный директор на основании фиктивных счетов-фактур вносила в книгу покупок сведения о несуществующих хозяйственных операциях, что позволило заявить необоснованные налоговые вычеты по НДС и завысить расходы по налогу на прибыль.
Суд первой инстанции постановил оправдательный приговор ввиду отсутствия в деянии состава преступления. Шестой кассационный суд общей юрисдикции определением от 25.04.2024 № 77-1579/2024 оставил приговор без изменения.
1. Субъект преступления: кто должен подписывать декларацию
Обязательным признаком субъекта преступления по ст. 199 УК РФ является лицо, уполномоченное в силу закона либо доверенности подписывать документы, представляемые в налоговые органы (ст. 29 НК РФ).
Суд установил, что все налоговые декларации, кроме одной, подписаны не Б.Е.В., а третьими лицами по доверенности. При этом следствие не установило и не допросило этих лиц. Более того, согласно заключению специалиста № НК/20 от ДД.ММ.ГГГГ, подписи от имени Б.Е.В. в доверенностях выполнены не ею.
➜ Вывод: обвинение не доказало, что именно Б.Е.В. составила, подписала и подала декларации с ложными сведениями. Следовательно, отсутствует надлежащий субъект преступления в этой части обвинения.
Реальность хозяйственных операций: опровержение фиктивности
➜ Вывод: отсутствие закупок у официального дистрибьютора не свидетельствует о фиктивности сделок. Налогоплательщик не обязан выстраивать цепочку поставок до производителя; он вправе выбирать контрагентов с должной осмотрительностью.
Добросовестность налогоплательщика и осмотрительность при выборе контрагентов
➜ Правовая позиция: налогоплательщик не несёт ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты налогов. Если налоговый орган зарегистрировал контрагента и поставил его на учёт, он признал за ним право заключать сделки. Отсутствие у контрагента собственного имущества, персонала, транспорта и складов само по себе не исключает возможности реальной хозяйственной деятельности.
Недопустимость использования акта налоговой проверки как доказательства
➜ Вывод: решение налогового органа, положенное в основу обвинения, признано не соответствующим требованиям НК РФ и не может быть использовано в уголовном процессе без дополнительной проверки.
Отсутствие преюдиции решений арбитражных судов
Суд обоснованно отклонил этот довод, сославшись на ст. 90 УПК РФ и правовую позицию Конституционного Суда РФ (Постановление от 21.12.2011 № 30-П): решения судов по гражданским делам не могут предрешать выводы суда в уголовном судопроизводстве о наличии признаков преступления и виновности обвиняемого. Эти вопросы должны разрешаться на основе всей совокупности доказательств по уголовному делу.
Недоказанность размера недоимки
➜ Вывод: размер неуплаченных налогов, являющийся обязательным признаком состава по п. «б» ч. 2 ст. 199 УК РФ, не доказан. Более того, суд признал, что даже по той единственной декларации, которая была подписана Б.Е.В. (по налогу на прибыль), сумма недоимки не достигает даже крупного размера, установленного примечанием к ст. 199 УК РФ.
Неустранимые сомнения – в пользу обвиняемого
Суд пришёл к выводу, что в ходе судебного разбирательства возникли неустранимые сомнения в виновности Б.Е.В.:
- не доказано, что она подписывала и подавала большинство деклараций;
- не доказана фиктивность хозяйственных операций;
- не доказан размер недоимки;
- акт налоговой проверки признан недопустимым доказательством.